Микропластик забирает из крови до 37% белка с медью. Три кухонных вещи пора заменить

Представьте обычный вечер вторника. Вы режете огурец на белой пластиковой доске, полипропиленовый чайник закипает, а в кружке плавает «шёлковая» пирамидка с чаем. Три источника микропластика разом.

Утром 20 октября ТАСС со ссылкой на Минобрнауки сообщил о работе химиков ГЕОХИ РАН. Они посмотрели, что происходит с белками крови, когда в сыворотку попадают частицы пластика. Результат мне, честно говоря, не понравился.

Что именно нашли в ГЕОХИ РАН

Работу сделали в Институте геохимии и аналитической химии имени Вернадского, в лаборатории геохимии углерода имени Галимова. Статья вышла в журнале Analytica Chimica Acta, финансировало её Минобрнауки России.

Главная цифра одна: до 37% церулоплазмина переходит из сыворотки на поверхность частиц. Там он становится частью «белковой короны», слоя белков, которым обрастает любая чужеродная частица в крови.

Микропластик взяли не лабораторный. По пресс-релизу Минобрнауки, это «естественно состаренные» частицы из поверхностной морской воды и прибрежных осадков. Размер частиц, тип полимера и концентрации в сообщении не раскрыты, и это стоит держать в голове, когда речь пойдёт про кухню.

Как это измеряли

Авторы применили три вида масс-спектрометрии. Изотопная показала, что у микропластика после контакта с сывороткой меняется изотопный состав углерода и водорода. Хроматография с тандемной масс-спектрометрией расписала состав короны, а ICP-MS высокого разрешения показала, как это бьёт по металлам сыворотки.

Старший научный сотрудник лаборатории, кандидат химических наук Ольга Кузнецова сформулировала вывод так: «Взаимодействие микропластиков с белками сыворотки крови повышает их общую токсичность».

Зачем крови этот белок

Церулоплазмин держит на себе около 95% меди сыворотки, по 6–8 атомов на молекулу. Так его описывает справочник врача CMD, который ведёт ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора.

Но медь здесь не единственное. Церулоплазмин работает ферментом-ферроксидазой: окисляет двухвалентное железо в трёхвалентное. Без этого шага железо просто не может нормально перемещаться по организму.

Что бывает без этого белка, медицина знает по редкой наследственной болезни, ацерулоплазминемии. По тому же справочнику, она ведёт к гемосидерозу, накоплению железа в тканях. Низкий уровень характерен и для болезни Вильсона–Коновалова, и для дефицита меди в еде.

Отсюда гипотеза авторов из ГЕОХИ: если заметная доля белка уходит в корону на частицах, это может вести к дефициту металлов и связанным с ним болезням. Клинических доказательств в сообщении нет, сами учёные называют это предположением.

Пластик в крови уже находили

Работа ГЕОХИ сделана в пробирке с сывороткой. Но то, что частицам есть с чем взаимодействовать внутри нас, показали раньше. В марте 2022 года группа Leslie из Свободного университета Амстердама опубликовала в Environment International анализ крови 22 здоровых доноров.

Микропластик нашли у 17 из 22 человек, средняя концентрация 1,6 мкг/мл. Чаще всего попадался ПЭТ, материал бутылок, у половины доноров. Дальше шли полистирол и полиэтилен.

Через два года вышла более жёсткая работа. Marfella и коллеги в NEJM в марте 2024 года изучили бляшки, удалённые из сонных артерий у 304 пациентов, и наблюдали 257 из них в среднем 33,7 месяца. Полиэтилен нашли в бляшках у 150 человек, ПВХ у 31.

За время наблюдения инфаркт, инсульт или смерть случились у 30 из 150 пациентов с пластиком в бляшках и у 8 из 107 без него. Скорректированный риск выше в 4,53 раза. Авторы NEJM прямо пишут: причинная связь не доказана.

Три предмета, которые сыплют частицы сильнее всего

Здесь честная оговорка от меня. В ГЕОХИ работали с морским микропластиком, а не с крошкой от вашей доски. Связь между кухней и 37% — мост, который строю я, а не авторы.

Зато по самим кухонным источникам цифры есть, и они лабораторные: сколько частиц выделяется, без оценки вреда для здоровья. Авторы всех трёх работ это подчёркивают.

Разделочная доска

Yadav и коллеги из Университета Северной Дакоты в 2023 году подсчитали в Environmental Science & Technology: нарезка на полиэтиленовой доске даёт человеку от 7,4 до 50,7 г микропластика в год, это 14,5–71,9 млн частиц.

Полипропиленовая доска ещё щедрее: 49,5 г и 79,4 млн частиц за год по той же оценке. Всё это уходит в салат вместе с огурцом.

Чайник и контейнер при нагреве

Okoffo и коллеги из Университета Квинсленда в 2025 году в npj Emerging Contaminants измерили новый полипропиленовый электрочайник. При первом кипячении он выделяет почти 12 млн наночастиц на миллилитр, около 3 млрд на чашку 250 мл.

После 150 кипячений выброс падает до 820 тысяч частиц на мл. Жёсткая вода помогает: накипь прикрывает пластик. Авторы советуют сливать воду первых кипячений нового чайника.

С контейнерами хуже, потому что их греют с едой. Hussain из Университета Небраски-Линкольн в 2023 году показал: 3 минуты в микроволновке на 1000 Вт высвобождают с квадратного сантиметра полипропиленового детского контейнера до 4,22 млн микро- и 2,11 млрд наночастиц.

В той же работе при двухдневном контакте с высокой дозой таких частиц погибло около 75% культивируемых эмбриональных клеток почки. Хранение в холодильнике тоже даёт выделение, просто меньше.

Чайный пакетик-пирамидка

Речь только про «шёлковые» пирамидки из нейлона или ПЭТ, бумажных это не касается. Hernandez из Университета Макгилла в 2019 году заваривал такой пакетик 5 минут при 95 °C.

В чашку ушло около 11,6 млрд микропластиковых и 3,1 млрд нанопластиковых частиц, примерно 16 мкг пластика. Токсичность для человека в работе не оценивали, но число само по себе впечатляет.

Что менять первым

Если считать в граммах за год, доска вне конкуренции: десятки граммов против микрограммов из чашки чая. Я бы начал с неё. Деревянная или стеклянная замена найдётся в любом хозяйственном.

Второй шаг: не греть еду в пластике, переложить в стекло или керамику перед микроволновкой. Третий — чайник: новый пластиковый прокипятить несколько раз вхолостую и слить, как советуют в Квинсленде, а при следующей покупке взять стальной.

Пирамидки проще поменять на листовой чай или бумажные пакетики. Это не уберёт частицы, которые уже есть в воздухе и воде, но снизит ту долю, что вы добавляете себе сами.

В ГЕОХИ РАН показали механизм: частица в крови собирает на себя белок, которого у организма не так много. Доказать, что из-за этого болеют, ещё предстоит. Но ждать окончательного вердикта, продолжая резать хлеб на пластиковой доске, мне кажется странной стратегией. Что из этой тройки стоит у вас на кухне прямо сейчас?